Уже более месяца мировая экономика живет под знаком валютных войн. Все началось с заявления министра финансов Бразилии Гвидо Мантеги в конце сентября: “Идет международная валютная война, война за всеобщее ослабление валют. Это угрожает нам, так как понижает нашу конкурентоспособность”.
Чиновник высказал вслух то, что давно было на уме у многих, но не смог никого пристыдить: финансовые власти разных стран начали более откровенно “обваливать” собственные валюты, надеясь таким образом улучшить торговый баланс.
Министр финансов Канады Джим Флаэрти предупредил, чего следует ожидать: “Споры из-за курсов валют могут легко перерасти в торговые споры”.
А директор-распорядитель МВФ Доминик Стросс-Кан добавил: “Определенно начала циркулировать мысль, что валюты могут быть использованы как политическое оружие”.
В конце октября валютные войны стали основным предметом обсуждения на встрече министров финансов и глав центробанков стран “большой двадцатки” (G20) в южнокорейском Кенджу, но ни о чем конкретном им договориться не удалось. Невелики надежды и на то, что компромисс будет достигнут 11 ноября на саммите “двадцатки” в Сеуле.
Китайский подход
Суть проблемы проста: чем дешевле национальная валюта страны, тем дешевле экспортировать из нее продукцию и дороже импортировать. Именно поэтому такие экспортно-ориентированные страны, как Германия или Китай, традиционно сдерживают рост курса, а их торговые партнеры не всегда этим довольны. В частности, уже более года американские власти пытаются хоть кнутом, хоть пряником заставить Китай укрепить юань (см. статью "Умри, но не сегодня*" ).
До наступления кризиса это не очень волновало американцев, скорее, наоборот: они были только рады обилию дешевых китайских товаров.
Но когда прошел первый шок после банкротства Lehman Brothers и ведущие умы заговорили о дисбалансах мировой экономики, выяснилось: для преодоления этих дисбалансов США должны уменьшить свою зависимость от импорта. С тех пор практически еженедельно стали звучать обвинения в адрес “валютного манипулятора” — Китая.
Министр финансов США Тимоти Гайтнер подсчитал, что юань недооценен по отношению к доллару аж на 40%, и для доказательства этого в ход пошел даже неоднократно критикуемый “индекс бигмака” (см. “Цена бигмака…”).
По данным “The Economist”, именно на 40% двойной бутерброд в Китае дешевле, чем в США. От себя добавим: если руководствоваться этим принципом, то украинскую гривню нужно укрепить по отношению к доллару вдвое (об ожиданиях агентства Fitch некоторого укрепления гривни).
Тем не менее курс юаня стал фактором внутриамериканской политики: накануне выборов граждан “накручивают” против Китая. “Врагом дня вместо Уолл-стрит стал Китай”, — пишет “The Wall Street Journal”.
А Палата представителей Конгресса уже одобрила законопроект, позволяющий вводить “компенсационные” торговые барьеры в отношении стран, искусственно занижающих курс своей валюты.
Китайцы протестуют против этого, утверждая, что это противоречит правилам ВТО. Кстати, в ответ Китай уже заявил, что намерен расширить эмбарго на экспорт редкоземельных металлов (он контролирует 95% их мировой добычи). Это ключевое сырье в ВПК и микроэлектронике.
Между тем с тех пор, как в июне китайские чиновники пообещали-таки американцам укрепить юань, он действительно вырос по отношению к доллару на 2,8%, но при этом упал относительно евро на 9,1% и относительно иены на 8%.
“В реальности торгово-взвешенный курс юаня даже снизился в последние месяцы, просто курс доллара падал еще быстрее”, — утверждает аналитик ГК “Альпари” (г.Москва, РФ; с 1998 г.; 26 чел.) Егор Сусин. Но, по сути, Китай попросту начал частично диверсифицировать свои золотовалютные резервы и скупать активы других стран — торговых партнеров.
В результате юань дешевеет относительно соответствующих валют. То есть схему своих отношений с США Китай начал применять в отношении других стран, дескать, мы будем финансировать ваши долги, а вы покупайте наши дешевые товары.
В результате возмущаться начали уже европейцы. Так, премьер-министр Люксембурга Жан-Клод Юнкер, комиссар ЕС по кредитно-денежной политике Олли Рен и глава Европейского центробанка Жан-Клод Трише от имени еврозоны попросили Китай позволить курсу юаня расти. 5 октября канцлер ФРГ Ангела Меркель пообещала к 2016 г. добиться признания за Китаем статуса “страны с рыночной экономикой”, который защитит его от антидемпинговых штрафов.
А комиссар ЕС по торговле Карел де Гюхт разъяснил, что должен сделать Китай, чтобы поскорее получить этот статус, а именно: обеспечить доступ на внутренний рынок, гарантировать защиту “интеллектуальной собственности” и… пересмотреть курс национальной валюты.
В Пекине постоянно указывают, что реформа механизма обменного курса юаня была начата еще в 2005 г. и будет продолжена, но не в этом, мол, дело. “Повышение обменного курса юаня не может стать способом устранения торгового дефицита США и не решит проблему дисбаланса в мировой экономике”, — увещевает официальный представитель МИД КНР Ма Чжаосюй.
Глава Народного банка Китая Чжоу Сяочуань утверждает, что быстрый рост курса юаня серьезно ударит по китайской экономике, а Вэнь Цзябао, глава Госсовета КНР, добавил, что при этом “социальные и экономические потрясения в Китае неизбежно отразятся на мировой экономике”.
На самом деле Китай действительно не в состоянии резко повысить курс своей валюты без структурных реформ, проведение которых требует времени (см. статью "Голос Янцзы" ).
“Если китайцев удастся заставить (уговорить) пойти на реальную ревальвацию — смело можно ждать азиатского кризиса, если не удастся — протекционизм будет нарастать”, — описывает дилемму г-н Сусин.
Путь наверх
“Для разрешения вопросов, связанных с дисбалансом в торговле с КНР, США не предпринимают существенных мер и все время жалуются на низкий курс юаня. В то же время США отказываются поставлять высокотехнологические товары в КНР. Как в таком случае можно говорить о свободной торговле?” — вопрошает руководитель Naisbitt China Institute (г.Тяньцзинь, КНР; исследование социально-экономических преобразований в Китае) Джон Нэйсбитт.
По его мнению, Китай становится “козлом отпущения” для США, стремящихся решить собственные проблемы с экспортом.
Америка не только хочет укрепления юаня, но и сама девальвирует доллар. По словам главного экономиста компании “Тройка Диалог” (г.Москва; РФ; с 1991 г.; 130 чел.) Евгения Гавриленкова, с начала кризиса долларовая денежная база уже выросла втрое, и это не предел. Речь идет о стимулировании экономики американским правительством.
“США добиваются распространения инфляции на мировую экономику. И, судя по всему, они выйдут победителями в этой борьбе”, — пишет “Financial Times”. В последнее время о возможности вливания ликвидности в финансовую систему не говорил только ленивый: готовится второй раунд “количественного смягчения”, в рамках которого ФРС намерена скупать минфиновские “казначейки” со скоростью $100 млрд в месяц.
В целом, объем нового стимула может составить не более $1,2 трлн (первый раунд “смягчения” уже принес экономике $1,7 трлн).
А может и не останавливаться на этом: например, банк Goldman Sachs на прошлой неделе объявил, что для выхода из кризиса нужно влить в экономику еще $4 трлн. Если Китай, уже сегодня страдающий от высокой инфляции, укрепит-таки юань, американский экспорт подешевеет, а госдолг в долларах начнет понемногу девальвироваться.
Боковой тренд
БИЗНЕС уже писал (см. статью "Продать что-нибудь ненужное" ), каким золотым дождем для европейских (особенно немецких) экспортеров обернулся весенний долговой кризис, повлекший девальвацию евро. Недавний рост этой валюты по отношению к юаню и доллару сильно огорчил тамошних промышленников. Успехи весны и начала лета могут быть сведены на нет по итогам года, и все из-за валютных курсов. Поэтому Европа взяла строгий тон по отношению не только к Китаю, но и к США: Ангела Меркель заявила, что и юань, и доллар недооценены.
В совсем незавидном положении оказалась Япония. Центробанк страны впервые за шесть лет решился на валютную интервенцию, чтобы хоть немного обвалить иену, — и не достиг никаких результатов, кроме обвинений со стороны торговых партнеров. Не помогли ни принятие пакета стимулирующих мер стоимостью $420 млрд, ни практически обнуление ставки по краткосрочным кредитам (она уже ниже 0,1%).
И МВФ, и правительство Японии ухудшили прогнозы экономического роста, назвав дальнейшее укрепление валюты и дефляционное давление главными рисками: курс иены к доллару остается максимальным за последние 15 лет.
Россия тоже намерена вновь девальвировать рубль. Представитель Минэкономразвития РФ Олег Засов на днях заявил, что это придется сделать, если цена на нефть не будет расти.
Для “развивающихся” стран, к которым принадлежит и Украина, проблема не исчерпывается торговым балансом. ЕС, США и Япония усиленно заполняют планету своими денежными знаками, которые нужно куда-то вкладывать. Эти деньги не задерживаются на родине и быстро уплывают туда, где сосредоточена большая доходность, — на “развивающиеся рынки”.
Простейшая операция carry trade — взять кредит в США по практически нулевой ставке и вложить деньги, скажем, в Китае или в Украине — сулит огромную прибыль (если, конечно, не “скакнет” обменный курс, что и произошло в 2008 г. с подобными операциями японцев в отношении США. — Ред.).
“Развивающиеся страны Восточной Азии пытаются справиться с огромным притоком ликвидности на их рынки. Причина этого притока — смягчение монетарной политики в США”, — сообщил ведущий экономист Всемирного банка по Азиатско-Тихоокеанскому региону Викрам Нехру.
Стремясь защититься от притока денег, центральные банки некоторых стран скупают эту ликвидность и реэкспортируют ее в другие страны. За счет того капитала, который остается внутри страны, финансируются затраты на иностранные товары — и таким образом этот “внутренний” капитал лишь вымывается, толкая курс местной валюты вверх.
“Еще одна причина негативного отношения стран к притоку иностранного капитала заключается в том, что частично это могут быть “горячие” (или демпинговые) деньги, которые интенсивно поступают, когда процентные ставки в других странах слишком низкие, а местные цены активов растут, и быстро уходят при первых признаках неприятностей”, — объясняет бывший главный экономист МВФ, профессор финансов в Школе бизнеса Booth Чикагского университета (г.Чикаго, США; с 1898 г.) Рагхурам Раджан.
В Украине могут многое рассказать о разрушительных последствиях такой ситуации — в нашей стране все “иностранные инвестиции” резко исчезли осенью 2008 г. А в Юго-Восточной Азии приток спекулятивного капитала на ровном месте вызвал кризис 1997-1998 гг.
Туда же преимущественно направляются “горячие” деньги и сейчас. “США напечатали слишком много денег — они оказались свободны и уходят за пределы страны. Много “горячих” денег вращается в Тайване и Азии”, — переживает глава центробанка Тайваня Перн Файнань.
Логичным выходом представляется достижение договоренности между крупнейшими странами, тем более что есть прецедент: в 1985 г. в нью-йоркской гостинице Plaza представители пяти стран — Великобритании, США, Франции, ФРГ и Японии — подписали соглашение о целенаправленном ослаблении доллара по отношению к иене и марке посредством операций на валютном рынке. Именно это, кстати, и спровоцировало “потерянное десятилетие” в Японии (см. статью "И летели наземь самураи*" ).
Попытки достичь хоть каких-то договоренностей предпринимаются и в рамках G20. Увы, безуспешно. Накануне встречи министров финансов США Тимоти Гайтнер разослал письмо с собственными предложениями: отказаться от использования валютной политики для получения конкурентного преимущества, укрепить недооцененные валюты и установить целевой уровень текущего счета платежного баланса.
Потолок для внешнеторгового дисбаланса он предложил выставить на уровне 4% ВВП (сейчас торговый профицит КНР составляет 4,7% ВВП). Но представитель китайской делегации Цуй Тянькай отметил, что это как раз и есть валютные манипуляции.
Путь ариев
Украина вместе с другими восточноевропейскими странами в валютную войну вступила раньше всех: реальный эффективный обменный курс (РЭОК) гривни в 2008 г. снизился на 23,7%. Объемы импорта мгновенно упали: в январе 2009 г. они составили 49,3% от показателя аналогичного периода 2008 г.
А украинские экспортеры получили значительные преференции. “Эффект от девальвации стал ощутим в 2009 г., когда появились признаки восстановления в металлургическом секторе”, — напомнил БИЗНЕСу ведущий научный сотрудник Института мировой экономики и международных отношений НАН Украины Олег Гаврилюк.
Сейчас эффект от той девальвации практически исчерпался, в частности, в связи с возобновившимся ростом цен на сырье (см. “Эксперты...” ).
По мнению Алексея Блинова, аналитика компании Astrum Investment Management, гривня “даже укрепляется с фундаментальной точки зрения”, потому что цены у нас растут быстрее, чем в странах — торговых партнерах Украины.
“По данным НБУ, РЭОК гривни за восемь месяцев 2010 г. укрепился на 7,3%. Эта тенденция наверняка продолжится и в последующие годы, что создает благоприятные условия для роста импорта (уже растет; см. стр.72, 73. — Ред.) на фоне роста внутреннего спроса”, — считает он.
Вместе с тем г-н Гаврилюк усматривает в дефиците платежного баланса фактор, способный незначительно девальвировать курс национальной валюты. Резкая же девальвация возможна в том случае, если НБУ по указанию сверху прекратит выходить с интервенциями на рынок.
“Нынешний обменный курс является компромиссным. Если для НБУ и Министерства финансов выгодным был бы курс на уровне 7-7,5 грн./USD, поскольку это способствовало бы сокращению внешней задолженности Украины, то для экспортеров, наоборот, привлекательным является курс 10 грн./USD и выше”, — отметил он.
Эксперты —…
…о структурных дисбалансах
Алексей Блинов (27), аналитик компании Astrum Investment Management (г.Киев; с 2008 г.; 60 чел.):
— В ближайшие годы Украина будет снова переживать рост потребления, а значит, рост объемов импорта. При этом массивные притоки капитала будут прикрывать валютный дисбаланс, создавая профицит иностранной валюты и давая Нацбанку возможность держать фиксированный курс.
А вот когда произойдет очередной мировой экономический кризис и экспортные поступления обрушатся одновременно с иссяканием притока капитала, как это было осенью 2008 г., произойдет очередной эпизод резкой корректировки обменного курса. Украинская экономика структурно обречена жить от девальвации до девальвации.
…о плавном укреплении
Эрик Найман (41), независимый финансовый эксперт:
— Высокая норма сбережений способствует быстрому росту экономики только тогда, когда обеспечивает низкие процентные ставки внутри страны, а излишки сбережений выгодно инвестируются за ее пределами. В Украине проблемы с обоими элементами.
Только плавное укрепление реальной стоимости гривни позволит стимулировать модернизацию украинской экономики и появление не искусственных островков стабильности, а реально конкурентоспособных отраслей. А главным ресурсом для этого должны постепенно стать не краткосрочные иностранные кредиты и спекулятивные иностранные же инвестиции, а внутренние сбережения украинцев.
Автор: Горбач Денис Андреевич
business.ua